Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

"Бесланский словарь", Юлия Юзик

В продолжение темы культуры и трагедии.
Читаю книги о Беслане. У всех у них есть одно общее свойство — их почти невозможно достать; иногда даже пираты бессильны. И еще, прямо скажем, это не совсем книги. Как правило это сборники статей, репортажей и интервью. Довольно короткие. Первый в моем списке — «Бесланский словарь» Юлии Юзик, расшифровки записей разговоров с выжившими, свидетелями событий и вокруг них. С предисловием Светланы Алексиевич. На «Лайвлибе» и «Озоне» в графе «год издания» стоит 2003 (захват школы, напомню, произошел 1 сентября 2004 года; на самом деле книга вышла в 2006, понимаю, что мелкая ошибка, но все равно симптоматично — за 13 лет никто не заметил и не исправил это случайное путешествие во времени). Тираж 5000 экземпляров, до сих пор не распродан, есть на «Озоне», что тоже, в общем, показательно.

Надо, наверно, что-то сказать о самом тексте. Хотя что тут скажешь — это прямая речь выживших, некоторых жителей Беслана, гробовщиков и прочих. Читать подряд, без остановок очень тяжело, все время хочется выйти подышать воздухом — так много здесь подробностей о людях, умирающих от жажды и духоты в школьном спортзале. Не говоря уже о том, что это чтение, которое гарантирует ночные кошмары (проверено на себе). В общем, книга тоскливая и важная, но штука в том, что этого мало — всего 160 страниц, фиксация событий без какой-либо попытки осмыслить их. Жаль.

Вот пара цитат — самых безобидных:

Помню ощущения после взрыва: я глотаю свои зубы! Взрывной волной их выбило, и я чувствую, как они, застревая, уходят в желудок...
<...>
Нам сейчас пытаются закрыть рот. То меня, то мужа — в прокуратуру, в комиссию, к следователю. Сначала мягко просили, чтобы мы свои мысли не высказывали вслух, а теперь уже и не церемонятся. И днем, и ночью звонят: угрожают (с усмешкой).
<...>
Да, мы делали гробы для Беслана... Не одни, конечно: столько бы ни одному похоронному бюро не под силу было наколотить. У нас одно из самых крупных предприятий по производству гробов, но мы бы не справились, это точно. Разве такое было когда-нибудь, а?.. Чтобы столько гробов сразу понадобилось?..
Мы больше сотни успели наколотить. В Осетии гробовщики такой нагрузки не выдержали. Пришлось довозить из Кабардино-Балкарии, Кисловодска, Пятигорска.

Откуда взялся киберпанк?

Тем временем записал еще два выпуска подкаста. Один — о Бэнкси и уличных художниках, другой — о предшественниках жанра киберпанк.

>>> № 2 — Бэнкси, пост-граффити и умный вандализм: https://soundcloud.com/polyarinov/2-banksy-post-graffiti-i-umnyy-vandalizm
>>> № 3 — Откуда взялся киберпанк: https://soundcloud.com/polyarinov/3-otkuda-vzyalsya-cyberpunk

Слушать можно и на айтюнсе: https://itunes.apple.com/ru/podcast/поляринов-говорит/id1403949731?mt=2

И даже на Букмэйте: https://ru.bookmate.com/bookshelves/RSTYJgQh

«Центр тяжести», роман

Сейчас будет про важное.
В 2011-м году я начал писать роман. И очень быстро понял, что у меня ни черта не получается. У меня были горы черновиков, какие-то случайные воспоминания, сцены из детства — все это было похоже скорее на папье-маше романа, чем на роман. Мне не хватало опыта.
Я всегда любил читать, но читал бессистемно, просто для удовольствия. И в 2012-м я подумал, что если хочу написать что-то стоящее, то в первую очередь мне надо понять, как именно устроены романы, и что именно нужно сделать с куском картона, чтобы он стал похож на живого человека.
Единственный верный способ научиться писать — научиться читать, подумал я.
И завел блог.
Просто чтобы мотивировать себя, писать туда о книгах, которые меня поразили, и попытаться объяснить — себе в первую очередь — почему я на них реагирую, и что в них такого особенного.
Как раз тогда я уже переехал в Москву и учился в школе иностранных языков. И я подумал, что, если я хочу залезть внутрь романа, увидеть его шестеренки, понять, чем они смазаны, мне стоит попробовать что-нибудь перевести. Это была ужасная идея. Но очень полезный опыт. Сперва я сделал пару чудовищных переводов, — мне до сих пор за них прилетает, — но я учился на ошибках, и качество переводов стало потихоньку расти.
Прошло уже почти семь лет, я написал целую тучу текстов о том, чем божий дар отличается от яичницы. Накопленные знания и навыки я тут же пускал в дело — все эти годы я продолжал писать книгу.
Я прочитал достаточно романов, чтобы понять: все дебютанты похожи — как правило им не хватает дыхания; в дебютной книге всегда ощущается этот страх — страх потерять внимание [воображаемого] читателя; и самое, пожалуй, важное для дебютанта — просто не думать об этом, не дать этому страху победить. Смириться с тем, что первую книгу ты сочиняешь вслепую, на ощупь. И разница между тем, что ты хотел сказать, и тем, что сказал, будет примерно такая же, как между созвездием Большого Пса и тем бездомным псом, которого ты иногда кормишь колбасой возле мусорки. Да, тот бездомный пес возле мусорки тоже очень красивый, проблема в том, что он — не созвездие. В таких условиях довольно сложно сохранять бодрый настрой на сверхдлинной дистанции. Ведь ты делаешь не одно, а сразу два дела — пишешь и учишься писать. Одновременно.
Только за последние два года я перекраивал свой текст три раза. Может и больше. Сбился со счета. Поэтому мне самому пока не верится, что я-таки дотащил его до финала и не надорвался. И даже больше — он уже стоит на полках магазинов.
Это я все к чему. Если вдруг вы давно хотели как-то сказать мне спасибо за мои статьи и эссе о литературе, то теперь у вас появилась такая возможность. Купить книгу — лучшая благодарность.
Спасибо!
>>> Купить электронную на Литресе: https://pda.litres.ru/aleksey-polyarinov/centr-tyazhesti/chitat-onlayn/

Также профиль романа появился на Лайвлибе, где можно поставить ему оценку и написать отзыв.

И еще из последних новостей:
Дистопия опубликовала один из лучших моих рассказов - "Мадридские тетради". За что им отдельное спасибо!
Я уже опубликовал второй выпуск подкаста - о Бэнкси, пост-граффити и умном вандализме. Послушать можно как на Саундклауде, так и в Айтюнсе. Третий выпуск будет о киберпанке и трансгуманизме.


(фото - от читателя под ником Falling Apart, спасибо ему)

Бесконечный дневник

Год назад мы с Сергеем Карповым выложили в сеть 100 страниц перевода «Бесконечной шутки». С тех пор я иногда получаю письма и сообщения в личку. Большая часть из них — письма от внимательных читателей, они нашли в нашем переводе несколько ошибок и неловкостей, которые мы тут же исправили. Вообще, очень приятно, когда есть такие люди — благодаря им перевод стал лучше и точнее.
Но были и другие — я называю их крестоносцами — для их писем характерен воинственный, ликующий тон. И — самое интересное — ошибки, на которые они мне указывают, это всегда (или чаще всего) ошибки персонажей, а не переводчиков.
«Алексей, учите русский язык! — Пишут они. — Вы вот у себя написали «объективированность ваших оценок» — это ошибка, потому что на самом деле там должно быть «объективность оценок».
Сперва я терпеливо объяснял крестоносцам, что да это действительно ошибка, но не моя, а персонажа, и что ошибку эту Уоллес специально вставил в текст, чтобы подчеркнуть безграмотность речи говорящего. В случае с «объективированностью оценок» реплику эту произносит один из деканов во время собеседования Хэла, и спустя пару минут Хэл, — который сам тот еще граммар-наци, — ему эту ошибку припоминает. Потом мне все это надоело, и я решил более подробно написать об ошибках в романе.
Collapse )


Нэймдроппинг

Есть такой термин — нэймдроппинг. Буквально означает: «бросаться именами». Есть у людей такая привычка — упоминать знаменитостей в разговоре. И в целом я понимаю, зачем они так делают: кто-то хочет казаться умнее, кому-то кажется, что так нагляднее.
Но вот чего я совсем не понимаю, так это нэймдроппинга в книжных рецензиях.
«Томас Пинчон, Джеймс Баллард, Стивен Кинг и Дэвид Фостер Уоллес склоняются перед Данилевским, задыхаясь от изумления, смеха и восхищения».
Это Брет Истон Эллис о «Доме листьев». Но Эллис-то ладно: он, мне кажется, уже много лет засыпает лицом в кокаине — ему простительно. А вот что пишет уважаемый критик «Нью-йорк таймс» Митико Какутани о последнем романе Марлона Джеймса: «Это как если бы Тарантино переснял „Тернистый путь“, но с саундтреком Боба Марли и сценарием Оливера Стоуна и Уильяма Фолкнера».
Угу, так и вижу, как Оливер Стоун пишет сценарий для Тарантино. Откопал Фолкнера, посадил рядом, и пишет.
Нет, ну серьезно, я даже игру придумал — попробуйте описать любимую книгу, использовав при этом максимальное количество известных имен.
Например: «Это как если бы Салман Рушди родился на Ямайке, накурился бы травы с Орханом Памуком, а потом они забрались бы в дом к Мартину Макдонаху, взяли его в заложники и заставили бы снять фильм „Сукби-Ду 2: Предстояние“, сценарий к которому они украли у Александра Адабашьяна».
Не, ну а че?





Ханья Янагихара, "Маленькая жизнь"



Друзья, я тут на Горьком рассказываю о романе «Маленькая жизнь» Ханьи Янагихары. А еще через месяц выходит пятый номер нашей (и вашей) любимой «Пыльцы», целиком посвященный этому роману, под обложкой вас ждут переводы интервью с Янагихарой, коллажи из фотографий и картин, вдохновивших ее на написание романа, а также тексты от переводчиков Виктора Сонькина, Александры Борисенко и Анастасии Завозовой. И еще мой текст — отзыв читателя. Короче, будет самый крутой путеводитель по роману, идеальное мета-чтение.
И да, еще хотел добавить: когда пол года назад мы напечатали второй номер, посвященный Дэвиду Фостеру Уоллесу, где-то спустя два месяца мне в личные сообщения стали писать люди, спрашивать: «Алексей, а не осталось ли номеров про Уоллеса?» Поэтому напоминаю: «Пыльца» — это самиздат, ее тираж — 200 экземпляров, и расходится он буквально дней за десять. То есть, условно: в конце этой недели мы заканчиваем верстку и готовим чистовой макет для сдачи в типографию, примерно в конце октября «Пыльца» будет у нас на руках, и мы начнем рассылать журналы всем, кто поучаствовал в краудфандинговой компании (подробности по ссылке либо в предыдущем посте).
Это я все к чему: сейчас у вас есть реальный шанс предзаказать пятый номер «Пыльцы», потому что когда в ноябре-декабре у меня опять все начнут спрашивать, где бы достать последнюю «Пыльцу», я вместо ответа буду сбрасывать ссылку на этот пост.
Сейчас мы собрали уже 25 000 из 40 000 необходимых. Так что дерзайте!
Будьте котиками.
Collapse )

Дэвид Фостер Уоллес об 11 сентября


14-я годовщина терактов 11 сентября, Иллиноис
Фото: Jim Young / Reuters / Scanpix / LETA


Перевод эссе Дэвида Фостера Уоллеса из сборника "Посмотрите на омара". Оригинал здесь.
Перевод под катом. Вычитывал/редактировал Сергей Карпов, за что ему отдельное спасибо.
Collapse )

Нормальный Дом Листьев

На русский недавно перевели «Дом листьев» Марка Z Данилевкого (я писал о нем вот здесь), роман, наполненный веселым типографским хулиганством: то строчки скачут по пустой странице, то наползают друг на друга, а есть фрагменты, которые можно прочесть только с помощью зеркала. И это все, конечно, очень хорошо, только хотел тут напомнить вам, что с подобными формами Владимир Сорокин экспериментировал еще в 1983-м году, в дебютном романе «Норма» и первых рассказах. «Норма» как и «Дом листьев» роман непростой и — как и «Дом листьев» — состоит из нескольких отдельных текстов, вмонтированных один в другой: на первом уровне, в «Предисловии» мы узнаем о рукописях, найденных в квартире некоего советского гражданина по имени Борис Гусев, затем одну из рукописей (среди которых есть и «Архипелаг ГУЛАГ») передают какому-то таинственному мальчику в подземельях КГБ, и мальчик начинает их читать. И тут текст начинает дробиться на сотни мелких историй, которые связаны между собой исключительно тем, что в каждой истории персонажи потребляют в пищу некую «норму», затем снова скачок и страница распадается на два столбца, в каждой строчке там всего два слова, — своего рода белый стих, пунктирный пересказ жизни среднестатистического советского гражданина:
Нормальные роды
Нормальный мальчик
Нормальный крик
, - и так далее, столбцом, в два слова, мелкими деталями, а в конце:
Нормальная кома
Нормальный разряд
Нормальная смерть«.

Затем история снова дробится — читателя бросают то в рассказ о потомке Тютчева, то в дикую антиутопию, где врагов народа используют как скот и/или как удобрения.
Collapse )